СКОЛЬКИХ ЗАЙЦЕВ МЫ ЛОВИМ ОДНОВРЕМЕННО?

К. БАРАТОВА, учитель, г. Москва

Конец мая. В школах идут последние звонки. Вспоминая накануне расставания пережитое за долгие годы, дружно рыдают и учителя, и ученики. Родители и дети тащат в школы охапки цветов и говорят наставникам слова благодарности. Учителя напутствуют своих подросших детей и грустят в ожидании неизбежной разлуки. Телевидение не устает показывать выпускников, записывать интервью с прощальными объяснениями в любви учителям, школе. И при этом все совершенно искренни.

Но недолго удается учителям понежиться в лучах общей любви и уважения. Отзвенели праздничные звонки, начались суровые будни. И тут же в газетах появились заголовки: «На предварительных ЕГЭ занижали оценки»! Незаменимые газетные «специалисты», отвечая на вопросы корреспондентов, категорично заявляли, что нечего поднимать панику по поводу результатов репетиционных ЕГЭ, так как оценки занижены. А занижали их, конечно же, учителя, не желающие терять доходы от репетиторства. Промежуток между «мы навсегда запомним вас, любимые учителя» и «если ученик слабый, учителя занимаются с ним за деньги, потому и занижают оценки» составил буквально один-два дня. Как некоторым педагогическим «спецам», общающимся с прессой, удается на зависть всем хамелеонам менять окрас с такой скоростью, — остается их личной тайной.

Итак, в очередной раз во всех грехах и недочетах образования виноватыми снова оказались учителя. Что ж, нам не привыкать. Помните, сваха в «Женитьбе Бальзаминова» вспоминала, чем ее в жизни били: «Об печку бита, а вот печкой не бита…»? На плечах среднестатистического учителя лежит столько обязанностей, что даже очень старательный человек в чем-нибудь да проштрафится. Была бы вина, а уж чем бить — найдется! У чиновников и журналистов прямо традицией стало пройтись по школе критическим материалом. А когда о помощи просит сама школа, это называется ленью, косностью, алчностью и «нежеланием находить новые пути и методы работы». В итоге возникают ситуации, когда чеченский первоклассник ставит своих московских одноклассников на счетчик, а подростки баррикадируют дверь класса и не пускают туда слишком, по их мнению, требовательную учительницу. И ведь это только вершина айсберга, просочившаяся в прессу. Действительно, школа сейчас стала одним из главных поставщиков жареных фактов и громких тем для разгромных статей и телематериалов.

А кто из журналистов и администраторов, осуждающих сребролюбие педагогов, сумел бы найти законный выход из ситуации, когда одна инстанция в обязательном порядке требует оснастить класс тем-то и тем-то, а другая — сокращает финансирование именно по этой статье и обещает строго карать за вымогательство? Классным руководителям прекрасно знакома ситуация, когда надо ухитриться заставить родителей самих предложить профинансировать ремонт класса или покупку какого-либо школьного оборудования в случае, если и денег в школе нет, и высшее начальство директора уже за горло берет.

Даже самый обычный рабочий день самого обычного рядового учителя стал напоминать ситуацию «Фигаро здесь, Фигаро там». Смотрите. С утра, если вы, конечно, не дежурите, надо успеть ознакомиться со всеми указами и приказами администрации, появившимися накануне вечером. Дальше надо забрать ключ от кабинета. Подготовить его (кабинет) к уроку и запустить туда детей. Правда, в дело могут вмешаться родители, которым приспичило именно сейчас пообщаться с педагогом. Особо разговорчивые папы-мамы могут дотянуть взаимное общение до самого звонка. Звонок. Урок. Звонок с урока. Господи, помоги! Надо отдать заполненный журнал следующему учителю, старосте класса или вернуть его в учительскую. Многие дети только после звонка начинают тянуть свои дневники, прося поставить оценку. Надо проветрить кабинет. Если урок в другом помещении, надо отыскать ключ от него, сдав ключ от прежнего. Если на вахте ключа нет, надо обегать полшколы в поисках коллеги, который только что вел там урок и ушел с ключом в кармане. Еще могут быть у учителя дежурство на этаже, дежурство по школе, дежурство в буфете или в раздевалке. Бывает, класс надо вести на завтрак или спускать в раздевалку после последнего урока, а потом бежать на нужный этаж на следующий урок. Еще нужно подготовить кабинет для проведения лабораторки или, наоборот, ликвидировать следы и последствия ее проведения. При этом как-то совсем не учитывается желание ребят пообщаться с учителем сразу после урока, что-то уточнить, переспросить…

Как заведенный летит педагог по коридорам исполнять свои многочисленные обязанности, всеми силами и всеми возможными способами отделываясь от пытающихся задать ему вопрос ребят. Ведь если где-то задержишься, значит, не успеешь на дежурство, и в коридоре или в столовой будет на одного человека меньше. Иногда такое нарушение сходит с рук, иногда становится поводом для конфликта с администрацией, но всегда остается причиной для нервотрепки. Весь век мы бежим… И бежим не по прихоти, скажем, директора, а по обязанности, вмененной свыше. Школа обязана иметь определенное количество дежурных учителей на этаже, и все тут. И в то же время эти же учителя обязаны быть одновременно еще в пяти местах. И если где-то что-то кое-где у нас порой случается в их отсутствие — берегись тогда нарушитель! Ничего, что не успел добежать. Должен был быть и здесь тоже. Вот и весь сказ! В одной из школ, где предметное обучение вводится уже с начальной школы, как-то всерьез решали проблему: как учителям перемещаться для следующего урока из класса в класс, не нарушая при этом требования не оставлять младшеклассников на перемене без присмотра ни на минуту. Оставалось просто перебегать на раз—два—три! И так по 6—7 часов каждый день целый год. А после уроков еще дополнительные занятия с детьми и многочисленные обязательные совещания, семинары и прочие посиделки, до которых надо добраться без опоздания, и толку от которых практически так же часто никакого нет. Думаю, знаменитый цирюльник из Севильи с такими сложностями не справился бы — пал на бегу.

Чиновники от образования любят цитировать слова о том, что наша школа стала ветхой. Какая же она «ветхая», если в ней куются такие замечательные спортивные кадры!

Конечно, можно загрузить учителя, как Конягу из сказки Щедрина, и потом еще валить на него вину за результаты экзамена и за чистоту в коридоре, за жвачки на стенах класса и за родителей, не сдавших деньги на очередной ремонт… Поводов для очередных нагоняев множество. Проверяющие напишут целые тома отчетов о выявленных недостатках и добавят к ним такие же тома инструкций, которые обязательно должны будут выполнять круглосуточно в чем-нибудь виноватые учителя.

Кончается эта гонка обычно тем, что, во-первых, наши задерганные педагоги постепенно становятся жутко нервными и взвинченными. Конечно, станешь тут на людей бросаться, если, как ни бьешься, как ни стараешься, а начальству все не так. И всегда будет не так, ведь, как известно, бегать за двумя, а тем более тремя, четырьмя и так далее, зайцами — бесполезно. А во-вторых многие, помучившись напрасно какое-то время, в конце концов сдаются, перестают напрягаться, переходят к жизни по принципу «всем не угодишь», думай лучше о себе.

Чиновники просто в поту от усердия, а школе в результате достаются только два минуса, из которых никогда не получится плюс.